 Мэр пенсильванского города Лебанона Боб Анспач не нахвалится этим крепким мужиком: «Побольше бы таких, как Пидгородецкий! Тогда бы нам удалось вернуть всем нашим домам красоту и удобство. Такой он, Майкл, маленький застройщик (developer) –рукастый, да со вкусом; все, что ни делает, у него по высшему разряду».
Горожане смотрят на человека в ладной спецовке, с молотком в руках, когда в одиночку, когда вместе с нанятыми помощниками пере-страивающего, уже совсем, казалось бы, обветшавшие дома, и говорят: «Надо же, сколь многого можно добиться упорным трудом!». Иммигрант с Украины для них, жителей обедневшей за два последних десятилетия северной части Лебанона, стал образцом для подражания: «Self made (сам всего достиг), не ждал удачи, а трудился не покладая рук – вот она и пришла».
Да и у него самого нет ложной скромности: «Я хочу быть примером для людей, которые говорят, что здесь нет работы, что они не могут обеспечить себя. Когда я приехал в Америку, по-английски мог разве что считать до десяти, и то точно не знал, что раньше — nine или ten».
Удачлив ли он? Михаил упорно трудится – и все. И точно знает, что надо делать, что может сделать и какой «навар» получит от своего занятия. Практичный и умелый. Таким его воспитала иммиграция.
Родители-баптисты привезли Михаила в США в 1990 году вместе с еще четырьмя своими детьми. Михаилу было 15, и он был младшим. Простая семья в новой стране приживалась с трудом. Приехав в Кентукки в период рецессии, Пидгородецкие вынуждены были переезжать из города в город, пока, наконец, устав от перемен, не остановились в Кливленде. Михаил за это время стал Майклом, но школу так и не окончил – надо было помогать родным.
Трудился на разных работах, но больше всего в строительстве, обучался разным профессиям, впитывал английский. Освоив язык, стал Майкл все свободное время посвящать изучению бизнеса. Он посещал семинары, покупал кассеты с деловыми советами удачливых биз-несменов, читал книги Дональда Трампа и Уоррена Баффета по предпринимательству. «Я прочел все, что они написали, — рассказывает Майкл. – И всегда, когда трудно, я пытаюсь представить, что бы они сделали на моем месте».
Им быть на его месте никогда и не снилось...
А вот он на своем месте, в 2002 году переехав в Лебанон с женой Еленой, четырехлетней дочкой Наташей и двухлетним наследником Майклом, был уже готов открыть бизнес, который заключался в поиске обветшавших зданий и их ремонте и реконструкции. Лена – тоже иммигрантка, но из России, здесь она освоила специальность риэлтора и работает в паре с мужем.
Начинали они с одноразовых ремонтов, потом стали покупать дома и продавать их обновленными, а вырученные деньги пускать в оборот. В городе все уже знают ярко раскрашенный вэн Пидгородецкого и радуются, когда он появляется в их квартале, – значит, еще одна развалюха обретет божеский вид и долгую жизнь, в ней либо поселится семья, либо откроется бизнес, и недвижимость вокруг тоже поднимется в цене. Чтобы иметь больше работы, супруги выплачивают 500 долларов каждому, кто укажет им на очередной объект, у них есть и веб-сайт, где, как и на борту вэна, значатся позывные их маленького бизнеса.
Маленького ли? Оказывается, своими руками всего за шесть лет Майкл сумел восстановить несколько десятков домов. И среди них 30 квартир, владельцем которых он стал и которые сдает жильцам. У него в работе одновременно три-четыре объекта. Последний из них – трехэтажный дом в Северном Лебаноне, заброшенный прежними хозяевами и купленный в январе всего за 40 тысяч долларов. Там Майкл перестраивает четыре просторные квартиры на верхних этажах и создает два коммерческих помещения на первом, рассчитывая, что в одном из них разместится ресторан. Именно ресторан, по его мнению, сможет оживить этот несколько подувядший от времени квартал. Вкладывает Майкл в эти работы 100 тысяч долларов собственных денег, но в августе, когда здание будет как с иголочки, рассчитывает получить за него втрое больше.
И как в песенке: «А кто я есть? – Рабочий парен |